• 목록
• 답변
• 글쓰기
• 게시판 리스트 옵션
  • 수정
  • 삭제

Уральские самоцветы в доме Imperial Jewellery House

Мастерские Imperial Jewellery House годами работают с камнем. Вовсе не с любым, а с тем, что нашли в землях на пространстве от Урала до Сибири. Русские Самоцветы — это не собирательное имя, а реальный природный материал. Кварцевый хрусталь, извлечённый в зоне Приполярья, имеет другой плотностью, чем альпийский. Шерл малинового тона с прибрежных участков Слюдянки и тёмно-фиолетовый аметист с Приполярного Урала показывают природные включения, по которым их можно опознать. Ювелиры бренда распознают эти особенности.

Особенность подбора

В Imperial Jewelry House не создают набросок, а потом ищут минералы. Зачастую — наоборот. Поступил самоцвет — возник замысел. Камню доверяют определять форму изделия. Манеру огранки выбирают такую, чтобы сберечь массу, но открыть игру света. Бывает самоцвет хранится в хранилище долгие годы, пока не обнаружится правильная пара для вставки в серьги или ещё один камень для кулона. Это медленная работа.

Некоторые используемые камни

• 
  
• Зелёный демантоид. Его обнаруживают на территориях Среднего Урала. Ярко-зелёный, с сильной дисперсией, которая сильнее, чем у бриллианта. В работе непрост.
  
• Александрит уральского происхождения. Уральского происхождения, с типичной сменой цвета. Сегодня его добывают крайне мало, поэтому используют старые запасы.
  
• Халцедон с мягким серо-голубым оттенком, который именуют ««дымчатое небо»». Его залежи встречаются в регионах Забайкалья.
  

Огранка «Русских Самоцветов» в Imperial Jewellery House часто выполнена вручную, устаревших форм. Используют кабошон, плоские площадки «таблица», смешанные огранки, которые не максимизируют блеск, но выявляют природный рисунок. Вставка может быть слегка неровной, с сохранением фрагмента породы на обратной стороне. Это осознанное решение.

Сочетание металла и камня

Каст работает окантовкой, а не основным акцентом. Драгоценный металл берут разных оттенков — красное для топазов с тёплой гаммой, классическое жёлтое для зелёного демантоида, белое золото для холодного аметиста. Иногда в одной вещи комбинируют два или три вида золота, чтобы создать переход. Серебряный металл берут эпизодически, только для специальных серий, где нужен холодный блеск. Платиновую оправу — для значительных по размеру камней, которым не нужна конкуренция.

Итог работы — это изделие, которую можно опознать. Не по брендингу, а по манере. По тому, как установлен самоцвет, как он ориентирован к свету, как выполнена застёжка. Такие изделия не выпускают партиями. Да и в пределах пары серёжек могут быть отличия в оттенках камней, что является допустимым. Это естественное следствие работы с естественным сырьём, а не с искусственными камнями.

Следы работы могут оставаться заметными. На изнанке кольца-основы может быть оставлена частично литниковая дорожка, если это не мешает носке. Штифты закрепки иногда держат чуть массивнее, чем требуется, для запаса прочности. Это не грубость, а свидетельство ремесленного изготовления, где на первостепенно стоит долговечность, а не только визуальная безупречность.

Связь с месторождениями

Imperial Jewelry House не покупает «Русские Самоцветы» на биржевом рынке. Существуют контакты со старыми артелями и частными старателями, которые десятилетиями поставляют сырьё. Знают, в какой закупке может встретиться редкая находка — турмалиновый камень с красным «сердцем» или аквамарин с эффектом «кошачьего глаза». Иногда привозят в мастерские друзы без обработки, и окончательное решение об их распиливании выносит совет мастеров дома. Ошибок быть не должно — редкий природный объект будет уничтожен.

• 
  
• Мастера дома выезжают на прииски. Принципиально оценить контекст, в которых самоцвет был сформирован.
  
• Приобретаются партии сырья целиком для перебора в мастерских. Отсеивается до 80 процентов камня.
  
• Отобранные камни переживают первичную оценку не по формальной классификации, а по субъективному впечатлению мастера.
  

Этот принцип идёт вразрез с современной логикой поточного производства, где требуется одинаковость. Здесь нормой становится отсутствие стандарта. Каждый значимый камень получает паспорт камня с фиксацией точки происхождения, даты прихода и имени мастера, выполнившего огранку. русские самоцветы Это внутренний документ, не для покупателя.

Сдвиг восприятия

Русские Самоцветы в такой обработке перестают быть просто частью вставки в украшение. Они становятся объектом, который можно рассматривать вне контекста. Кольцо-изделие могут снять с руки и выложить на стол, чтобы следить игру бликов на плоскостях при смене освещения. Брошку можно перевернуть тыльной стороной и рассмотреть, как выполнена закрепка камня. Это требует иной тип взаимодействия с украшением — не только носку, но и рассмотрение.

В стилистике изделия не допускают прямого историзма. Не создаются реплики кокошниковых мотивов или пуговиц «под боярские». Однако связь с наследием присутствует в соотношениях, в выборе сочетаний цветов, отсылающих о северной эмальерной традиции, в чуть тяжеловатом, но удобном посадке вещи на человеке. Это не «новое прочтение наследия», а скорее использование традиционных принципов к современным формам.

Ограниченность материала диктует свои правила. Серия не выходит каждый год. Новые привозы происходят тогда, когда собрано нужное количество качественных камней для серии работ. Иногда между значимыми коллекциями могут пройти годы. В этот период делаются штучные вещи по старым эскизам или завершаются старые начатые проекты.

В результате Imperial Jewellery House работает не как завод, а как ювелирная мастерская, ориентированная к определённому minералогическому источнику — самоцветам. Процесс от добычи минерала до готового украшения может занимать непредсказуемо долго. Это медленная ювелирная практика, где время является невидимым материалом.